ya-metrika

Анализ жизни и творчества основателя психоанализа Зигмунда Фрейда

Анализ жизни и творчества основателя психоанализа Зигмунда Фрейда

Канонические и альтернативные жизнеописания Фрейда

В различных работах посвященных биографии основателя психоанализа его личность оценивается противоречиво.

В канонических работах, написанных главным образом психоаналитиками — приверженцами идей классического психоанализа, перед нами, говоря словами Фрейда, предстает «концепция развития героя», который сумел стать величайшим умом XX столетия. Благодаря своему интеллекту, независимому мышлению, любви к истине, титаническому труду и бесстрашию, преодолел стоящие на его пути преграды, перевернул традиционные представления о человеке и культуре, подлинный революционер в науке, освободитель человечества от различного рода иллюзий, человека, чей пример служения честности, долгу и истине заслуживает всяческого подражания.

Альтернативные работы, которые различаются мировоззренческой позицией их авторов. В тех, которые написаны реформаторами классического психоанализа, Фрейд предстает в образе догматического ученого и авторитарного аналитика, внесшего вклад в понимание бессознательных влечений человека, но оказавшегося пленником естественнонаучного мышления XIX века. В работах созданных противниками психоанализа, он обвиняется во всех грехах и подчас изображается сексуально озабоченным, страдающим психическими расстройствами человеком, сомнительные идеи которого были выдвинуты под воздействием кокаина и основывались исключительно на личном опыте.

Не все архивные материалы опубликованы. Часть эпистолярного наследия Фрейда безвозвратно утрачена, так как, в период с 1885 по 1907 гг. он трижды уничтожал свои дневники, письма, научные записи, рукописи публикаций. При этом он с долей юмора и издевки над будущими биографами сообщал своей невесте о том, что им предстоит нелегкая работа по созданию собственных конструкций о герое и заранее испытывает удовольствие от их заблуждений по поводу уверенности каждого в своей правоте.

Противоречивость личности Фрейда

Основатель психоанализа был сложной, противоречивой фигурой, до сих пор вызывающей к себе неоднозначное отношение. Вот те противоречивые характеристики, которые можно встретить в многочисленных биографиях Фрейда:

?величайший знаток человеческой души, но неоднократно ошибавшийся в оценке конкретных людей;

?темпераментный юноша, изводивший ревностью себя и невесту, готовый во имя встречи с любимой прервать свои занятия, но хладнокровный муж, не бравший жену в свои путешествия, отдававший всю свою энергию исследовательской и терапевтической деятельности;

?«пансексуалист» в своей теории, но пуританин, не пользовавшийся сексуальной свободой в собственной жизни, придерживавшийся традиционных методов воспитания своих детей.

?мнительный человек, предсказывавший свою смерть в различные периоды своей жизни, но отважно перенесший более тридцати операций в связи с обнаруженным у него в 1923 году раком и на протяжении последующих 16 лет, вплоть до своей смерти в 1939 г., принимавший клиентов и завершавший свои научные труды, несмотря на все тяготы и страдания. Очевидно, что гонорары здесь уже не играли никакой роли.

?бунтарь, решительно выступавший против распространенных иллюзий и совершивший революционный переворот в понимании человека, но консерватор, настаивающий на соблюдении установленных им правил и норм в психоаналитической практике.

Источники патобиографического анализа Зигмунда Фрейда

Изложение творческого пути Фрейда опирается, прежде всего, на изучение работ самого Фрейда, многие из которых, включая «Толкование сновидений», «Психопатология обыденной жизни», «Из истории психоаналитического движения», «Автобиография», являются важным источником биографического характера, в них содержатся его детские воспоминания, сновидения и соответствующие размышления над ними, вехи становления и развития психоанализа. Часть информации почерпнута из опубликованной переписки Фрейда с невестой, коллегами, друзьями.

Детские годы. Отношения в семье

Если Фрейд считал, что понимание взрослого человека предполагает раскрытие особенностей его детства, то тот же самый подход может быть осуществлен и по отношению к нему. Если он полагал, что любые мелочи жизни позволяют лучше раскрыть суть характера человека и его взаимоотношений с другими людьми, то такое же видение допустимо и по отношению к Фрейду. Это означает, что при рассмотрении Фрейда как человека и основателя психоанализа мы вправе пользоваться аналогичной методикой, которая была разработана и применена им самим при изучении Леонардо да Винчи и Достоевского.

Применительно к Фрейду важно иметь в виду те обстоятельства его ранних лет жизни, которые непосредственно связаны с его семьей и которые могли оказать определенное воздействие, как на формирование его характера, так и на выдвигаемые им психоаналитические идеи, концепции, теории.

Зигмунд (Сигизмунд Шломо) Фрейд родился 6 мая 1856 г. в небогатой еврейской семье отец Яков Фрейд, мать Амалии Натансон, проживавшие в то время в небольшом городе чешской Богемии Фрайберге (ныне Пршибор), расположенном примерно в двухстах сорока километрах к северо-востоку от Вены.

Отец, Якоб Фрейд родился в 1815 году в городе Тисмениця Ивано-Франковской области, в Галиции, и провел там первые 25 лет своей жизни. Там же он впервые женился и дал жизнь двум старшим братьям Зигмунда Фрейда — Эммануэлю и Филиппу. Амалия Натансон также родилась в Украине, в городе Броды, на Львовщине, но выросла в Одессе.

Еврейское имя Шломо он унаследовал от своего деда, умершего за два с половиной месяца до рождения своего внука, которого нарекли этим именем в честь деда. Фрейд был первенцем, за которым в течение десяти лет последовало рождение других детей — пяти дочерей и двух сыновей.

Особая семейная ситуация – мать Фрейда была одного возраста с детьми своего мужа от первого брака.

Семейные тайны

С момента своего рождения Фрейд оказался в необычной семейной среде. Не исключено, что именно первоначальные попытки разобраться в сложном переплетении семейных отношений предопределили последующее стремление Фрейда к поиску истины, сохранившееся у него на всю жизнь.

Его отец Якоб Фрейд (1815—1896), женился на Амалии Натансон (1835—1930), матери Фрейда, будучи намного старше ее. К моменту рождения Фрейда его отцу шел 41-й год, в то время как его матери оставалось три месяца до исполнения 21 года.

До женитьбы Якоба Фрейда на Амалии Натансон он имел уже двух сыновей, родившихся от первого брака с Салли Каннер, на которой женился в юном возрасте, когда ему было всего 17 лет. Когда родился Фрейд, его старшие братья были приблизительно одного возраста с его матерью, к тому же они жили по соседству, часто общались с отцом и его молодой женой.

Анализ жизни и творчества основателя психоанализа Зигмунда Фрейда (4) Анализ жизни и творчества основателя психоанализа Зигмунда Фрейда (5)
Якоб Фрейд с восьмилетним сыном (1864); Фрейд в шестнадцатилетнем возрасте с матерью Амалией

Тема двух матерей

Фрейд уделил особое внимание теме двух матерей. Это обусловлено присутствием в его семье пожилой няни и матери, что нашло свое отражение в его работе о Леонардо да Винчи, где основатель психоанализа отметил факт наличия в детстве у великого художника и ученого двух матерей — родной матери, которой он лишился в раннем возрасте, и юной мачехи, жены отца. Отсюда Фрейд сделал вывод, что в загадочной улыбке Джоконды, как и в других женских портретах Леонардо да Винчи, соединены воедино воспоминания художника о двух матерях.

Незаурядные способности

Фрейд рано проявил свои незаурядные способности. С детских лет он с удовольствием погружался в библейские истории, читал изданную на двух языках (древнееврейском и немецком) иллюстрированную гравюрами библию братьев Филиппсонов. С детства у него обнаружились способности к языкам. Так, в возрасте восьми лет, по свидетельству Э. Джонса, он начал читать в подлиннике Шекспира. Изучал латинский и греческий языки, освоил английский и французский, пытался самостоятельно овладеть испанским и итальянским.

На протяжении ряда лет Фрейд был первым учеником в гимназии, и за достигнутые успехи в учебе его освобождали от некоторых экзаменов. Однако он не был покладистым учеником, и поначалу учителя часто ругали его за поведение. В одном из писем невесте, датированном 2 февралем 1886 года, Фрейд вспоминал, что в гимназии он всегда был среди самых дерзких оппозиционеров, неизменно отстаивал какую-нибудь радикальную идею и ради нее готов был идти до конца. Ничего удивительного, что его поведение вызывало нарекания со стороны учителей, пока они не убедились, что ученик обладает незаурядными способностями, добивается отличных успехов в учебе и пользуется уважением среди сверстников.

Во время обучения в гимназии Фрейд увлекался историей, отождествлял себя с великими полководцами, мечтал стать прославленным генералом. В то время его любимыми героями были Ганнибал, выступивший против Рима и олицетворявший собой еврейскую стойкость, наполеоновский маршал Массена, обычно причисляемый к евреям, и Оливер Кромвель, в честь которого впоследствии он назвал своего второго сына.

Отец Фрейда предоставил сыну свободу выбора, считая, что тот должен следовать своим собственным склонностям. По примеру своего старшего товарища по гимназии, впоследствии ставшего известным политиком, первоначально Фрейд склонялся в пользу юриспруденции и хотел заниматься социальной деятельностью. Но вскоре, завороженный учением Чарльза Дарвина и находясь под впечатлением популярной лекции профессора Венского университета Карла Брюля о сравнительной анатомии, которую он прослушал незадолго до выпускного экзамена и в которой ему понравились замечательные цитаты из статьи Гете «Природа», Фрейд изменил свое первоначальное намерение и решил заниматься медициной.

В 1873 году в возрасте 17 лет он поступил на медицинский факультет Венского университета, хотя и не испытывал при этом большого желания стать врачом. Впоследствии, вспоминая о своем решении, он подчеркивал, что в детстве никогда не играл в «доктора», а в молодые годы не питал какого-либо пристрастия к профессии и деятельности врача. Фрейд испытывал потребность в понимании некоторых из загадок мира, и присущая ему любознательность подтолкнула его к изучению медицины, так как ему казалось, что соответствующие знания окажутся полезными для разрешения этих загадок.

Во время обучения в университете Фрейд не проявил интереса ко многим предметам, связанным с получением специальности врача. Обладая прекрасной памятью и способностью выдерживать экзамены благодаря интенсивной подготовке к ним буквально за два-три дня, он однажды умудрился провалить экзамен по судебной медицине. Зато он активно изучает анатомию, физиологи, зоологию, биологию, химию и даже философию, не имеющую прямого отношения к медицине.

Доисторическая нянька

В доме, где семья Фрейда занимала одну комнату, жила немолодая женщина. До двухлетнего возраста она ухаживала за будущим основателем психоанализа. Позднее в своих воспоминаниях он назовет ее «доисторической нянькой», «праматерью». Анализ собственных сновидений покажет, что эта няня отличалась строгостью, не всегда была нежной и ласковой по отношению к маленькому Фрейду. Тем не менее, тот же анализ выявил, что, несмотря на строгость, мальчик любил свою няню.

Отец, уезжающий из дома по своим делам, связанным с продажей шерсти, и няня, по возрасту подходящая ближе к отцу, чем к матери Фрейда. Сводный брат Филипп, появляющийся в доме, как в присутствии, так и в отсутствие отца и являющийся ровесником матери. Две пары близких маленькому ребенку людей, чьи отношения между собой являлись для него загадочными.

В момент рождения Сигизмунд оказался дядей

К тому времени, когда родился первенец от брака с Амалией Натансон, Якоб Фрейд был уже дедом, так как его старший сын Эммануэль сам являлся отцом, имея годовалого мальчика Иона. Волею судьбы в момент своего рождения Сигизмунд оказался дядей, имеющим племянника на год старше его. Ион называет Якоба Фрейда дедом, Сигизмунд — отцом. Объясняли ли родители того и другого мальчика, в чем состоит различие между отцом и дедом? Какие мысли по этому поводу возникали в голове маленького Сигизмунда, по возрасту и строгости воспитания соотносящего Якоба Фрейда со своей няней?

Впоследствии Фрейд узнал, что няня была обвинена в воровстве и по настоянию Филиппа арестована за свое деяние.

Известно, что Амалия Натансон безумно любила своего первенца, которому уже при рождении пророчили великое будущее. Много лет спустя он отмечал, что, когда являешься любимым ребенком своей матери, то на всю жизнь сохраняешь победное чувство и уверенность в успехе.

Второй брак отца

Некоторые «семейные тайны», оказались для Фрейда, за семью печатями.
Тайн касающаяся его отца. События, связанные с этой тайной, произошли до рождения основателя психоанализа. Но, судя по всему, они настолько затронули внутренний мир маленького Фрейда, что даже осуществленный им впоследствии самоанализ оказался бессильным перед вытесненными и подавленными в детстве переживаниями.

Считалось, что Якоб Фрейд был дважды женат — сперва на Салли Каннер, а затем на Амалии Натансон, давшей жизнь основателю психоанализа. Эта точка зрения опиралась прежде всего на высказывания самого Фрейда, который в работе «Психопатология обыденной жизни» писал: «Наш отец женился впоследствии вторично и был, таким образом, намного старше своих детей от второго брака». Поэтому нет ничего удивительного в том, что официальный биограф Фрейда Э. Джонс в своем трехтомном труде придерживался именно этого взгляда.

В конце 60-х годов Р. Гикльхорн опубликовала в одном из медицинских журналов статью о результатах исследования фрайбергского периода семьи Фрейда, в которой сообщила о том, что на самом деле Якоб Фрейд был женат трижды. Опираясь на это исследование, авторы биографических трудов о Фрейде, включая Р. Кларка, Р. Дадуна и др., неизменно упоминают о таинственной Ребекке, как второй жене Якоба Фрейда.

Анализ жизни и творчества основателя психоанализа Зигмунда Фрейда (6)
Семейный портрет, 1876. Стоят (слева на право): Паула, Анна, неизвестная девочка, Зигмунд, Эмануэль (сводный брат), Роза, Мария и Симон Натансон (кузин Амалии). Сидят: Адольфина, Амалия, Якоб Фрейд. На переднем плане: Александр, неизвестный мальчик.

Одно из сновидений Фрейда, не попавшее в поле зрения исследователей

В «Толковании сновидений» Фрейд приводит следующее, по его выражению, абсурдное сновидение об умершем отце.

«Я получаю извещение от общинного совета моего родного города с требованием внести плату за содержание в госпитале в 1851 году. Я смеюсь над этим, так как, во-первых, в 1851 году меня не было еще на свете, во-вторых, мой отец, к которому это могло относиться, уже умер. Однако я иду в соседнюю комнату, где он лежит в постели, и рассказываю ему это. К моему изумлению, он припоминает, что в 1851 году он был сильно пьян и его куда-то отвезли. Это было, когда он работал для Т. «Так ты, значит, и пил?» — спрашиваю я. — И вскоре после этого женился?» Я высчитываю, что я родился в 1856 году; это представляется мне непосредственно следующим друг за другом».

В тексте самого сновидения обращают на себя внимание несколько деталей. Упоминание о родном городе, в котором Фрейд родился. Женитьба его отца в интервале между 1851 и 1856 годами. Сарказм и ирония по отношению к отцу («Так ты, значит, пил?»), соседствующая рядом с осуждением и неодобрением его поведения («И вскоре после этого женился?»).

Фрейд комментирует: «Конфликт ощущений, который в случаях разногласий между сыном и отцом вызывается ролью и прежними заслугами отца». «Всякой цензуре присуще то, что о запретных вещах можно скорее говорить неправду, нежели правду». «Отец женился в 1851 году; я, старший, родился в, 1856 году. Это верно» (умозаключение желания). «Разница в 4—5 лет не имеет никакого значения» (мысли, скрывающиеся за сновидением). «На сновидение не возлагается труда самостоятельного творчества; оно может и должно использовать с этой целью материал из мыслей».

Не слишком ли много совпадений с местом и временем действия, которые могли иметь место в реальности и которые нашли свое отражение в сновидении Фрейда более 40 лет спустя?

В самом деле, в ряде биографических работ год вторичной женитьбы Якоба Фрейда указывается условно. Согласно Р. Дадуну, после смерти Салли, вероятно, около 1852 года, Якоб женился на Ребекке. По мнению Р. Кларка, двое сыновей Якоба от первого брака приехали во Фрайберг вместе с Ребеккой до конца 1852 года. Не исключено, что в действительности Якоб Фрейд женился на Ребекке в 1951 году и именно эта дата нашла свое отражение в сновидении основателя психоанализа. И далеко не случайно то, что Фрейд не оставил данный вопрос без внимания, сосредоточив, правда, свои усилия не столько на самой дате, сколько на интерпретации того, что может означать промежуток времени между 1851 и 1856 годами.

Посмотрим, как же интерпретирует Фрейд разницу в 4—5 лет. Интересно отметить, что в связи с этим он предлагает несколько интерпретаций. Создается впечатление, что выдвигаемые им первоначальные интерпретации вызывают у Фрейда какое-то внутреннее чувство неудовлетворения. Сначала Фрейд пишет о том, что 4—5 лет — это промежуток времени, в течение которого он пользовался поддержкой у его учителя Мейнерта, был женихом своей невесты, заставлял одного из своих пациентов ожидать полного исцеления. Затем, продолжая анализ сновидения, через несколько страниц он указывает на то, что для него оказалось недостаточным 5 лет, предназначенных для прохождения курса обучения на медицинском факультете.

Наконец Фрейд дает еще одно толкование, непосредственно относящееся к дате 1851 года. По его мнению, последние два числа, входящие в дату 1851 года, можно рассматривать как возраст (51 год), наиболее опасный для мужчины, и именно в этом возрасте скоропостижно скончалось несколько его коллег.

В силу ряда обстоятельств, связанных с экономическим упадком, ростом национализма и бесперспективностью дальнейшей жизни в маленьком городе, семья Фрейда переехала в 1859 г. в Лейпциг, а затем через год в Вену. В столице австрийской империи Фрейд прожил почти 80 лет.

За это время он блестяще окончил гимназию, в 1873 г. в возрасте 17 лет поступил на медицинский факультет Венского университета, который закончил в 1881 г., получив диплом врача. На протяжении нескольких лет Фрейд работал в физиологическом институте Э. Брюкке и Венской городской больнице. В 1885/86 гг. он прошел шестимесячную стажировку в Париже у знаменитого французского врача Ж. Шарко в Сальпетриере.

Открыв частную практику в 1886 г., Фрейд использовал различные способы лечения нервнобольных и выдвинул свое понимание происхождения неврозов. В 90-е годы XIX века он заложил основы нового метода исследования и лечения, получившего название психоанализ.

То, что ему не удалось осуществить по отношению к тайне, незримо витавшей в его собственном доме, было реализовано путем психоаналитического раскрытия тайны, содержащейся в художественном произведении («Росмерхольд» Ибсена). При этом Фрейд выдвинул важные идеи, согласно которым при раскрытии психологии преступника важно иметь в виду, что чувство вины может существовать до проступка и что проступок может обусловливаться этим чувством.

Смерть брата Юлиуса

В конце первого и второго года жизни Фрейда произошли события, вызвавшее у него значительные переживания. Родился брат Юлиус, которому к огорчению родителей не суждено было долго жить. Он умер восьмимесячным. В момент смерти брата Фрейду было год и семь месяцев.

В письме к Флиссу, написанном 3 октября 1897 года, он делился своими воспоминаниями, связанными с «враждебными желаниями и настоящей детской ревностью» по отношению к его маленькому брату. Одновременно он писал о том, что смерть брата породила у него самоупреки, осталась «семенем для угрызений совести».

Вскрытие собственных враждебных желаний и детской ревности по отношению к брату сыграло не последнюю роль в психоаналитических представлениях Фрейда о детях.

В «Толковании сновидений» Фрейд писал о том, что ребенок «абсолютно эгоистинен», стремится к удовлетворению своих потребностей, выступая против соперников, «главным образом против своих братьев и сестер». Одновременно он утверждал, что ребенок бессознательно носит в себе «злые желания» и «сознательно учитывает, какой ущерб могут принести ему новорожденные брат и сестра». Желание ребенка, чтобы умерли его братья и сестры, объясняется им эгоизмом, благодаря которому ребенок «смотрит на своих братьев и сестер как на соперников».

Благодаря самоанализу ему удалось обнаружить то, на что родители, воспитатели и исследователи, как правило, закрывают глаза, считая ребенка исключительно добрым. В возрасте до трех лет Фрейд мог испытать такие переживания, которые не только способствовали возникновению психоанализа, но и роковым образом сказались на нем самом.

Несколько месяцев спустя, после того как брат Юлиус умер, с Фрейдом произошел несчастный случай, который без каких-либо комментариев приводится Э. Джонсом. Речь идет о том, что в возрасте двух лет Фрейд упал с табуретки. При падении он ударился нижней челюстью о край стола. Причем удар был настолько сильным, что у мальчика образовалась кровоточащая рана, на которую пришлось накладывать швы. Рана зажила, но у Фрейда остался шрам на всю жизнь. Но на всю жизнь остался не только физический (телесный), но и психический шрам. Тот шрам, за который ему пришлось заплатить дорого в форме многолетних физических страданий. Во время самоанализа Фрейду удалось вспомнить некоторые события, относящиеся к раннему периоду детства. Но этот эпизод не всплыл на поверхность его сознания, что само по себе весьма примечательно.

Фрейд обратил внимание на то, что многие, на первый взгляд, случайные повреждения оказываются, в сущности, ничем иным, как самонаказанием. Упреки по отношению к самому себе пользуются любой возможностью, чтобы организовать повреждение. Бессознательное намерение ловко и искусно подводит человека к несчастному случаю.

В работе «Психопатология обыденной жизни» Фрейд приводил пример, взятый им из медицинской практики. Одна молодая женщина упала из экипажа и сломала себе ногу. Несчастный случай привел к нервному заболеванию, от которого она излечилась благодаря психотерапии. В процессе лечения Фрейд выяснил обстоятельства, предшествующие несчастному случаю. Накануне этого случая молодая женщина, гостившая вместе с мужем в имении своей замужней сестры, продемонстрировала в кругу родственников искусство канкана, вызвав с их стороны одобрение и восхищение. Недовольным оказался лишь муж, который, будучи ревнивым, обвинил свою жену в том, что она вела себя как девка. Проведя беспокойную ночь, молодая женщина захотела покататься в экипаже. Она сама отбирала лошадей, поменяла одну пару на другую, отговорила младшую сестру взять с собой на прогулку ее грудного ребенка с кормилицей. Во время поездки она испытывала беспокойство и высказывала кучеру опасение по поводу того, что лошади могут чего-нибудь испугаться и понести. Как только ее опасение оправдалось, она выскочила в испуге из коляски и сломала себе ногу. Никто из находящихся в экипаже больше не пострадал.

Сам Фрейд, вместо проявления ожидаемого участия по отношению к своим домашним, включая детей, прищемившим палец или набившим себе шишку, неизменно спрашивал: зачем они сделали это?

Роковое стечение обстоятельств в первые годы жизни Фрейда впоследствии отразилось на его профессиональных интересах и здоровье. В 1874 году в письме (от 6 марта) другу детства Эмилю Флусу он жалуется в иронической форме на свою челюсть и зубную боль. В 1882 году он публикует исследование «О структуре нервных волокон и клеток у рака». В 1895 году Фрейда посетило ставшее психоаналитической классикой сновидение об инъекции Ирме, в котором он увидел в горле своей пациентки «справа большое белое пятно». При анализе этого сновидения фигурируют фразы «тяжелое органическое заболевание», «наличие метастаза». В «Толковании сновидений» Фрейд сообщает об одной его пациентке, подвергшейся «довольно неудачной операции челюсти». В феврале 1923 года он обнаружил у себя «налет на челюсти и правой стороне неба», который ему удалили 20 апреля того же года. Удаленная опухоль оказалась раковой. За первой операцией последовало множество других, принесших Фрейду непомерные муки и страдания. Так, в период с 1923 по 1927 годы ему пришлось нанести 278 визитов врачу. Лишь смерть, наступившая 16 лет спустя после обнаружения у него рака, избавила его от непереносимых страданий.

Задолго до возникновения ракового заболевания Фрейд неоднократно говорил о раке. Однажды, он сказал, что у него непременно будет рак, который будет властвовать над его телом и духом.

В исследовательском плане, чувство вины испытываемое Фрейдом после смерти его брата, подвигло его к изучению влияния бессознательного чувства вины на возникновение психических заболеваний, рассмотрению роли этого чувства в истории развития культуры и человечества. В личной жизни это приводило подчас к такому поведению, которое не поддавалось разумному объяснению с точки зрения тех, кто его окружал.
В частности, несмотря на настойчивые рекомендации врачей и просьбы близких бросить курить или хотя бы ограничиться одной сигарой в день (особенно после того, как у него был обнаружен рак), Фрейд не мог лишить себя удовольствия от установленного им образа жизни. Не странно ли это для человека, выдвинувшего идеи о «принципе удовольствия», которым изначально в своей жизни руководствуются люди, и «принципе реальности», с которым им приходится считаться в семье, обществе.

Или, как можно объяснить ту слепоту Фрейда по отношению к нацизму, когда он никак не хотел видеть реальную угрозу собственной жизни? С приходом Гитлера к власти в Германии были подвергнуты сожжению книги Фрейда, конфискована психоаналитическая литература, закрыты психоаналитические журналы. Почти все известные психоаналитики эмигрировали в другие страны, главным образом в США. Многие друзья и знакомые предупреждали Фрейда о необходимости как можно быстрее покинуть Вену. И, тем не менее, основатель психоанализа оставался в Вене до тех пор, пока его собственные дети не оказались в руках гестапо.

После того, как сожгли его книги Фрейд сказал: «…какой прогресс, в средние века они сожгли бы на костре меня самого, а сейчас они ограничились только тем, что сожгли мои книги». А после того, когда Фрейду все-таки разрешили выехать из Германии, в последней беседе со следователем гестапо тот просил его отзываться о своем пребывании в гестапо только положительно, на что Фрейд ответил, что он будет даже всем рекомендовать гестапо.

Наделенный острым умом, он не мог не понимать, что интенсивное курение не способствует сохранению здоровья. Привыкший смотреть правде в глаза, он не мог не видеть тех губительных для него и его дела последствий, которые нес с собой нацизм, объявивший психоанализ «еврейской наукой».
Не осознавая глубинных мотивов своего поведения, Фрейд прибегает к таким формам искупления своих «тяжких грехов», которые характеризуются одновременно отчаянной борьбой за жизнь и ее саморазрушением.

Детская модель «друг-враг»

Известно, что во время фрайбургского периода жизни семьи Фрейда между будущим основателем психоанализа и его племянником Ионом установились самые тесные отношения. Как и большинство детей их возраста, они быстро нашли общий язык, вместе играли, участвовали в различного рода семейных мероприятиях, дружили. Правда, Ион был сильнее, слыл драчуном, и нередко маленькому Фрейду приходилось отстаивать свое «Я» таким образом, что это превращалось в потасовку.

На вопрос о том, почему он поколотил Иона, Фрейд отвечал: «Я поколотил его потому, что он поколотил меня». Так будущий основатель психоанализа отваживался, по его выражению, «восставать против своего тирана». Маленький Фрейд любил своего племянника и впоследствии считал, что дружба между ними оказала несомненное влияние на позднейшие отношения к сверстникам.

Имеется смутное воспоминание Фрейда о том, как трое детей, два мальчика и одна девочка, играют на лужайке недалеко от дома. Дети бегают по траве, собирают цветы. Потом оба мальчика набрасываются на ничего не подозревающую девочку, валят ее на траву, вырывают из ее рук цветы. Девочка плачет и убегает от них.

Данное воспоминание Фрейда подчас воспринимается, как это имеет место в соответствующей биографической работе Э. Джонса, в качестве вытесненной в бессознательное фантазии об изнасиловании (вместе с Ионом) его племянницы. По его мнению, «охота вдвоем» служит первым признаком того, что «сексуальная конституция Фрейда была, в конце концов, не исключительно мужской».

«Любовный треугольник» способствовал установлению таких отношений между ними, когда Фрейд воспринимал своего племянника одновременно как друга и врага. Такое двойственное отношение Фрейда к племяннику стало своего рода моделью, бессознательно используемой впоследствии при установлении отношений с другими людьми. Его отношения со старшим по возрасту коллегой Йозефом Брейером, берлинским врачом Вильгельмом Флиссом, швейцарским психиатром Карлом Густавом Юнгом и многими учениками, сподвижниками по психоаналитическому движению, включая Отто Ранка, Шандора Ференци и других. Дружба Фрейда с Брейером длилась 20 лет, с Флиссом — немного меньше. Как в том, так и в другом случае первоначальные дружеские отношения сменились проявлением враждебных чувств, приведших к полному разрыву.

В контексте обсуждаемой темы следует иметь в виду, что племянник Фрейда не был единственным человеком, к которому он испытывал двойственное отношение в детстве. В более позднем возрасте, когда семья Фрейда переехала в Вену, аналогичное отношение он испытывал к еще одному лицу — к своему дяде Иосифу, младшему брату отца.

В результате исследований стало известно, что дядя Фрейда занялся распространением фальшивых денег, за что был арестован и в 1866 году осужден на десять лет каторги. Все родственники были в шоке. По словам самого Фрейда, его отец буквально поседел за несколько дней от горя. Надо полагать, печальная история с дядей неоднократно обсуждалась в семье Фрейда, и он слышал, если не все, то по крайней мере многое из того, что говорили взрослые об этом. Не случайно Фрейд вспоминает, как отец очень часто говорил, что «дядя Иосиф не дурной человек, а просто «дурак».

Если к племяннику Иону Фрейд испытывал одновременно двойственные чувства (дружеские и враждебные), то первоначальное чувство нежности к дяде Иосифу сменилось окончательной враждебностью к «дураку» и преступнику, который мог своей репутацией каторжника испортить карьеру блестящего ученика, подающего надежды студента, имеющего частную практику врача и основателя психоанализа.

Возможно, эта же модель поведения Фрейда была действенной по отношению к близким, включая жену, детей, внуков. В смягченном варианте данная модель представляла собой образец двойственных отношений, складывающихся по типу «нежная привязанность — внутренняя сдержанность».

Известно, в частности, что он так сильно любил своего внука Хайнца, что после его смерти от туберкулеза в возрасте четырех с половиной лет Фрейда впервые видели плачущим. Наиболее показательным в этом плане является отношение Фрейда к своей жене.

Загрузка ...