ya-metrika

Бить или не бить? Телесные наказания как способ воспитания

«Малыш принялся собирать с пола куски того, что раньше было его паровой машиной.

– Представляю, как рассердится папа, – озабоченно пробормотал он.

Карлсон удивленно поднял брови:

– Из-за паровой машины? Да ведь это же пустяки, дело житейское. Стоит ли волноваться по такому поводу! Так и передай своему папе».

Далеко не все, но многие юные читатели после реплики Малыша подумают, что от папы ему попадет. И конечно, «попадет» подразумевает под собой наказание. А уж какое наказание представит себе читатель, зависит от его опыта. Возможные варианты: гневная отповедь, игнорирование, лишения (прогулок, сладкого, мультиков, игрушек). Но среди маленьких книголюбов наверняка найдутся и те, которые представят себе искаженное от злости лицо отца и ремень в его руке.

Ремень как оружие

Не секрет, что в нашей стране, несмотря на пропаганду ненасильственного воспитания детей, отношение к телесным наказаниям довольно терпимое. Это значит, что значительная часть общества имеет его в своем арсенале. Да и те родители, которые их не используют, как правило не осуждают применение телесных наказаний.

У ребенка, в отношении которого применяется жесткий способ воспитания (условно назовем его «ремень»), неминуемо возникает страх наказания. При угрозе приведения «приговора» в исполнение малыш выполняет все предъявляемые к нему требования. Вроде бы налицо достижение желаемого результата: ребенок «слушается». Вот оно – золотое средство получения желаемого! Однако все не совсем так, как кажется. Или совсем не так.

В отдаленной перспективе такой способ воспитания окажется вовсе неэффективным! Ведь как выглядит причинно-следственная связь между угрозой родителя и результатом: предъявление требования → угроза → акт физического воздействия → выполнение требования. Время от времени из цепочки выпадает звено «физическое воздействие», но оно будет возвращаться туда снова и снова, чтобы у малыша не возникало иллюзий, что он может уклониться от своих обязанностей (подкрепление рефлекса).

Другими словами, у ребенка возникает четкая система действий: угроза → страх наказания → выполнение требований. Подчинение зиждется на страхе. Но во-первых, страх – эмоция отрицательная, влекущая за собой общие изменения эмоционального фона ребенка. Он становится возбудимым, тревожным, настороженным. Во-вторых, со временем чувство страха притупляется и не работает так, как раньше. Человек, даже взрослый, не может одинаково остро переживать одну эмоцию длительное время, вот и действие чувства страха наказания ослабевает.

В старшем возрасте ребенка еще труднее напугать: у него уже изменяется восприятие своего места во взаимоотношениях, и возникает чувство автономности, отделения от родительской воли. И наступает момент, когда угрозы не только не приводят к желаемому эффекту, а даже встречают сопротивление. И родитель оказывается лишен инструментов воздействия на дитя: прежний (страх) утратил свою силу, а иного, достаточно действенного, у взрослого нет. И родитель утерял не только способ воздействия, но и чувство контроля над ситуацией.

Меня пороли, и ничего…

Опыт многих родителей показывает, что «физический» способ воспитания может быть эффективен только недолгий промежуток времени, после чего становится непродуктивным, а зачастую и имеет эффект морского отлива – вместе с уменьшением его действия в отношениях «ребенок – родитель» уходят и доверительность, теплота. Тем не менее к телесным наказаниям взрослые прибегают снова и снова. Какие причины их побуждают?

Самый распространенный – традиции. Инструмент воспитания, передаваемый из поколения в поколение, а значит, он не подлежит обсуждению или сомнению. Так «положено», «правильно», «меня тоже били», «испокон веку так было»! Еще одна причина – повышенная агрессивность взрослого, которую он направляет на ребенка, да еще и «с пользой». И наконец, это психические отклонения, которые «развязывают» руки родителю (снимают внутренний контроль), и тогда родитель воспринимает метод телесных наказаний как норму воспитания.

А как же дети, в отношении которых использовался метод насильственного воспитания? Существует масса исследований, которая показывает, что такой метод не проходит бесследно для ребенка. Это сказывается на его личностных особенностях (такие дети часто более агрессивны, чем их сверстники), социальных навыках (имеют сниженную самооценку, труднее идут на контакт) и, наконец, на выборе метода воспитания в собственной семье («эстафета насилия»).

Грустная статистика

Международное исследование, проводившееся в Индии, США, Перу и некоторых других странах, показало, что детей шлепают и бьют во всех классах, в любых социальных группах, в среднем 55 % населения земли. Правда, распространенность физических наказаний все же зависит от социальной группы: шлепают детей ладонью по попе 15 % образованных индийцев и 76 % бедных малообразованных перуанцев. Бьют детей не ладонью, а разными предметами – от 9 % до 74 % в разных странах, в среднем 39 %. Избивают в разных группах от 0,1 % до 28,5 %. До 20 % признаются, что трясут детей младше двух лет.

Американское исследование связи между телесными наказаниями ребенка и общей склонностью родителей к насилию. В опрошенных семьях, имеющих трехлетних детей, 65 % детей были отшлепаны как минимум один раз в течение предыдущего месяца одним или обоими родителями.

Среди пар, которые говорили об агрессии партнера к партнеру (87 %) – сюда включалось не только битье, но и вербальная и психологическая агрессия, – 54 % признали, что имело место и шлепанье детей, и агрессия родителей друг к другу. В тех случаях, когда агрессия была взаимной, в два раза повышались шансы на то, что родители будут применять к ребенку телесные наказания, – даже после того, как были учтены такие факторы, как депрессия родителей, стресс, алкоголь и наркотики. Из пяти разных моделей семейной агрессии не получила понимания и поддержки у опрошенных только одна, в которой из всей семьи проявляет агрессию только один родитель.

Единичные срывы

Возможно ли представить себе ситуацию, когда родитель, не приемлющий телесные наказания как способ воспитания, поднимает на своего ребенка руку? Да, иногда такие вещи случаются. Когда взрослый человек вдруг шлепает свое чадо, это результат эмоционального выгорания родителя.

Такая ситуация стоит особняком от методов телесного наказания, так как это, как правило, единичный случай, и он кричит о том, что помощь нужна в первую очередь родителю. От ощущения собственного бессилия он переступил некую черту, и это состояние – индикатор того, что внутренний ресурс исчерпан и его срочно надо восстанавливать. Здесь не обойтись без понимания и помощи со стороны других членов семьи / родственников.

Если вдруг ваша рука взлетела вверх и ладонь вот-вот готова обрушиться на ягодицу ребенка, первое, что следует сделать, – прервать ее полет и глубоко вдохнуть. Затем необходим анализ своего поведения. Вы готовы взращивать в ребенке страх, агрессивность, неуверенность в себе? Со временем потерять его доверие? Если вы ответили «нет», то не давайте руке нового взмаха.

Взрослый человек может усилием воли заставить себя остановиться (иначе все начальники знали бы из первых уст все, что о них думают подчиненные). Затем надо ответить на вопрос: «Этот порыв телесного наказания возник впервые?» Если ответ «да», то это повод обратить внимание на свое состояние. Не пора ли заняться восстановлением внутренних сил? Если же ответ будет отрицательным, то это не значит, что все бесповоротно испорчено. Напротив, это возможность с текущего момента изменить атмосферу в семье, заложить первый кирпич в основание душевного комфорта ребенка. Прервать наконец «эстафету насилия».

 


Статьи и исследования по теме:

  • elib.bsu.by/bitstream/123456789/11564/1/Фурманов%2c%20И.%20А.%20Физические%20наказания%20в%20семье%20и%20их%20последствия..pdf
  • ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/20679301
  • ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/20605631
Загрузка ...