ya-metrika

Дети – заложники развода. Часть 1

Еще недавно разводы воспринимались как нечто из ряда вон выходящее, рушащее все мыслимые моральные устои. Сегодня они стали совершенно обычным делом – супруги расходятся в поисках новых возможностей и новой жизни. Но если в браке успели появиться дети, все становится гораздо сложнее.

По статистике, в России на каждые 100 заключенных браков приходится в среднем 63,7 развода1 – то есть вероятность того, что муж и жена проживут друг с другом до глубокой старости, прямо скажем, невысока. Психологи подчеркивают: каким бы ни было это решение – легким или тяжелым – расторжение брака почти всегда означает стресс для обоих супругов2. Однако наиболее уязвимыми в этой ситуации оказываются, как правило, дети, которые практически никак не могут повлиять на действия взрослых3.

Борьба за детей

На постсоветском пространстве принято считать, что суды «по умолчанию» оставляют детей с матерью. Этот аргумент нередко даже приводят как аргумент в вопросе существования дискриминации отцов4. В самом деле, статистика судебных дел подтверждает: подавляющее большинство детей после развода родителей остаются с мамами5. Выходит, что судьи действительно предвзяты?


Читайте также: Дети – заложники развода. Часть 2


Как всегда, дьявол кроется в деталях. Дело в том, что в подавляющем большинстве этих дел отцы попросту не заявляли о своем намерении воспитывать ребенка. Если рассмотреть дела, в которых на определение места жительства претендовали мужчины, соотношение оказывается совсем другим: в 59 % случаев дети оставались с отцом и только в 40 % – с матерью (1 % приходится на решения, в которых детей были поделены между родителями)6.

Но и это еще не все. Постулат «дети – это женское дело» настолько прочно вшит в общественное сознание, что даже в случае официального проживания ребенка с папой рутинная (и, как правило, неоплачиваемая) работа по уходу и обеспечению повседневного быта с ребенком часто ложится на плечи женщины – мачехи, бабушки, сердобольной знакомой или даже самих детей (особенно если это – дочь).

Так, в нашумевшей недавно истории с бедствующим отцом-одиночкой7 Вадимом Ивановым тут и там выглядывают «незаметные» женские фигуры: вот заведующая библиотекой помогает старшим детям с уроками и заодно присматривает за младшими, а вот и восьмилетняя дочка жалуется на усталость от работы по дому: еще бы, на нее возложены обязанности по кухне и уборка всего дома. В другой истории – деле Аминат Махмудовой, гражданки Эстонии, безуспешно пытающейся забрать двоих сыновей у незаконно удерживающего их отца, – мальчики живут с бабушкой и тетками, пока папа месяцами решает рабочие вопросы в другом городе8.

Получается, как ни крути, плохо. Если один из родителей фактически отказывается от воспитания детей, сбрасывая эту обязанность полностью на бывшего супруга или вовсе на посторонних людей – у ребенка почти неизбежно возникает ощущение ненужности, «брошенности» человеком, который, по существующим моральным нормам, должен быть одним из самых близких.

Последствия могут быть самыми плачевными: от невротических реакций до тревожно-депрессивных расстройств. Их профилактика и корректировка добавляется еще одним тяжелым грузом к и без того нелегкому бремени родителя, взявшего на себя груз ответственности за маленького человека. Кроме того, печальная статистика задолженностей по алиментам9 подсказывает, что уровень жизни родителя, в одиночку воспитывающего одного или нескольких детей, с высокой вероятностью сильно просядет, а значит, появится необходимость «пропадать» на работе и подработках, что только усугубит чувство одиночества у сына или дочери.

На войне как на войне?

Бывают, однако, ситуации еще более жесткие и жестокие по отношению к детям. Как правило, они возникают тогда, когда одна или обе стороны бывшей ячейки общества воспринимают развод как поле боевых действий, а ребенка – как средство для отмщения бывшей супруге или супругу. В этих случаях взаимодействие родителей с ребенком может пойти по одному из трех сценариев:

1. Физическое ограничение общения

Злоупотребление родительскими правами может выражаться в препятствовании второму родителю видеться и взаимодействовать с ребенком. Это может принимать форму саботажа, когда, например, мать ссылается на постоянную занятость или болезни ребенка и не дает отцу встречаться с ним даже в установленное судебным решением время.

Другой вариант – фактическое похищение ребенка, сокрытие его местонахождения от второго родителя вопреки предписаниям суда, как в упомянутом выше деле Аминат. Впрочем, здесь возможны нюансы, если человек, от которого прячут детей, демонстрировал склонность к насилию: избиениям, шантажу, угрозам. Тогда сокрытие может быть единственной гарантией безопасности самих детей (до тех пор, пока проблема не будет решена в правовом поле).

2. Запугивание последствиями

Существует форма «борьбы» с бывшей супругой или супругом, когда детям безосновательно внушают чувство страха или отвращения ко второму родителю, манипулируя привязанностью ребенка к тому родителю, с которым он живет. «Будешь с ним видеться – ты мне больше не сын», «Ты что, ей звонила? Предательница!» – и вот уже ребенок и сам замирает в испуге при виде когда-то любимого лица, просит маму или папу никогда больше не приходить.

Таким образом детская психика защищает себя от сильнейшего стресса. Ключевое слово здесь – «безосновательно». Если разведенный родитель кричит и унижает ребенка, демонстрирует безразличие, нарушает обещания – просьба уйти навсегда может быть вовсе не внушением, а вполне самостоятельным мнением дочери или сына.

3. «Перетягивание каната»

Этот сценарий подразумевает постоянное «соревнование»: кого больше любит ребенок – маму или папу? В попытках завоевать благосклонность чада один из родителей становится «воскресным праздником», все разрешая и преподнося дорогостоящие подарки, пока второй остается в роли «скучного контролера», вечно заставляющего то чистить зубы, то делать уроки.

В редких случаях в эту игру включаются оба родителя, время от времени требуя от ребенка признания: «Ведь со мной же тебе лучше, правда?» Правда в том, что никакого счастья ребенку эта «игра» не приносит: отсутствие единых рамок воспитания порождает тревогу, часто выражающуюся в подчеркнутом непослушании, «потребительском» отношении ко взрослым и неспособности выстроить по-настоящему глубокие доверительные отношения ни с одним из родителей.

В результате родительских войн страдают прежде всего дети. Превращенные в инструмент для сведения счетов с бывшими супругами, они становятся заложниками ситуации, от которой невозможно ни вырваться, ни защититься. И этот негативный опыт может откликаться всю их дальнейшую жизнь.

 


Источники:

  1. Старостина Ю. Число браков в России опустилось до минимума с начала века // РБК. 08.04.2019. URL: rbc.ru/economics/08/04/2019/5cab45349a7947d0d969ec7c (дата обращения: 22.07.2019).
  2. Елисеева М. И., Симонов В. М. Здоровый развод: как сделать расставание менее болезненным // ПсиБлог. 24.10.2017. URL: псиблог.рф/здоровый-развод-сделать-расстава/ (дата обращения: 22.07.2019).
  3. Гурова И. В. Развод и нарушения привязанности у детей // Психологическая газета. 09.01.2018. URL: psy.su/feed/6547/ (дата обращения: 22.07.2019).
  4. Сухов О. Как женщины дискриминируют мужчин в бракоразводных процессах // Клерк. 09.11.2015. URL: klerk.ru/law/articles/431607/ (дата обращения: 22.07.2019).
  5. Обзор практики разрешения судами споров, связанных с воспитанием детей: утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.07.2011 // Верховный Суд Российской Федерации: официальный сайт. URL: vsrf.ru/files/13940/ (дата обращения: 22.07.2019).
  6. Статистика по определению места жительства детей // LifeJournal. 06.03.2015. URL: feministki.livejournal.com/3923875.html (дата обращения: 22.07.2019).
  7. Луданов И. «Сварил макароны и говорю детям – мне вас кормить больше нечем». Что может одинокий папа из ярославской глубинки // Православие и Мир. 31.05.2019. URL: pravmir.ru/svaril-makarony-i-govoryu-detyam-mne-vas-kormit-bolshe-nechem-chto-mozhet-odinokij-papa-iz-yaroslavskoj-glubinki/ (дата обращения: 22.07.2019).
  8. Пестова Е., Идрисова Б. От похищения невесты к похищению детей. История гражданки Эстонии, которая третий год пытается вернуть из Дагестана своих сыновей // Медиазона. 19.06.2019. URL: zona.media/article/2019/06/19/aminat (дата обращения: 22.07.2019).
  9. Максимальный долг по алиментам в России составил 118 млн рублей // Российская газета. 29.07.2018. URL: rg.ru/2018/07/29/reg-cfo/maksimalnyj-dolg-po-alimentam-v-rossii-sostavil-118-mln-rublej.htm (дата обращения: 22.07.2019).
Загрузка ...