ya-metrika

Детские корни взрослой боли

Детские корни взрослой боли (2)

Часто мои высокочувствительные клиенты говорят: “Я не понимаю, почему мне было так больно. Вроде ничего страшного не случилось, а меня вынесло”. 

“Вынесло” в данном случае значит, что вслед за незначительным (на первый взгляд) событием человек выдал сильную эмоциональную реакцию. А потом вообще словно впал в коматоз и выключился из реальности. Такое развитие событий – классический пример попадания в “воронку” психологической травмы. 

В общем-то, все мы несем из детства психотравмы различной степени тяжести. Но у людей с высокочувствительной нервной системой эти травмы зачастую более глубокие и оказывают влияние на все сферы жизни. 

Иногда чувствительным детям везёт и они получают адекватную заботу и выносят из детства опыт надежной привязанности. В таком случае они могут смело исследовать окружающий мир с ощущением невидимой внутренней связи: “Я могу пробовать новое и рисковать, ведь в случае чего родитель рядом, и я не пропаду”. 

Но очень часто родители и сами носят в себе травмы детства. И поэтому в определенный период жизни они могут начать подавать ребенку сигналы, которые занимают место теплой внутренней связи. Вот основные виды таких сигналов: 

1. Мир опасен. Родитель может быть настолько уязвимым или поглощенным своими занятиями, что ребёнку приходится цепляться за него крепко-крепко. Такой малыш не решится самостоятельно исследовать мир. Он усвоил: если я не буду цепляться, меня могут бросить. Такие дети вырастают беспокойными и зависимыми от настроения родителя. 

2. Родитель опасен и его лучше избегать ИЛИ родитель больше ценит самостоятельных и беспроблемных детей. Возможно, родитель находится в слишком сильном стрессе, чтобы заботиться о ребенке. Или в затопляющем гневе или отчаянии даже желает, чтобы ребенок исчез или умер. Такой малыш в будущем сделает все возможное, чтобы вообще избежать привязанности. Он не будет эмоционально реагировать на разлуку с родителем. Его поведение можно будет назвать “избегающим” или “уклоняющимся”. 

Во взрослом возрасте эти стратегии сохраняются. Ведь для ребенка когда-то было жизненно необходимо соответствовать ожиданиям родителя. И даже когда речь о выживании уже не идет, эти программы поведения остаются внутри и продолжают работать. 

Кстати, эти стратегии действительно защищают человека от многих серьёзных жизненных ошибок. Взрослый из первого пункта никогда не ввяжется в опасную авантюру, а из второго – не вступит в зависимые отношения. 

И в то же время эти модели поведения лишают нас многих возможностей. Ведь если я не рискую, то и шампанского мне не видать. Многие интересные проекты, события, встречи пройдут мимо. Я просто не дам им шанса появиться в моей жизни. А если я буду со всеми держать безопасную дистанцию? Тогда теплота и нежность тех, кому я нравлюсь, до меня просто не долетят. 

За этими потерянными возможностями можно прийти в терапию. И учиться вновь доверять и приближаться, сохраняя чувство безопасности внутри. Или быть отдельным и делать собственные выборы, без страха быть отвергнутым и брошенным. И обрести, наконец, чуткого и любящего родителя. В себе. 

Загрузка ...