ya-metrika

Секс: история невидимых женщин

В 2009 году американка Сара Макклелланд опубликовала результаты любопытного исследования, в ходе которого мужчин и женщин просили описать, что для них значит «плохой секс».

Мужчины отвечали, что плохой секс – такой, в котором они не получили удовольствия или получили его меньше, чем хотели бы. Женщины – что считают плохим секс, в котором они были вынуждены терпеть боль или соглашались на него без собственного желания. Откуда взялась такая поразительная разница в восприятии процесса, предназначенного, казалось бы, для обоюдного удовольствия?..

Мужская привилегия

На протяжении многих лет считалось, что удовольствие от секса могут получать исключительно мужчины. Женская сексуальность при этом не просто игнорировалась, – нет! – ее всерьез считали отклонением от нормы, признаком болезни, одержимости или попросту распущенности1. Разумеется, ни о какой равноценности сексуальных партнеров в таких условиях не могло идти и речи.

Женщине предписывалась максимально пассивная роль «принимающей» стороны, мужчине – активная позиция «захватчика». Это разделение до сих пор отражается в языковых конструкциях, описывающих процесс соития: партнеру положено «овладевать», а партнерше – «отдаваться», или, в более просторечных вариантах, – «брать» и «давать» соответственно.

Первый переворот во взглядах на половые взаимоотношения совершил Зигмунд Фрейд, описавший либидо как мощнейший стимул всех видов человеческой активности. Впрочем, его взгляды, хотя и были весьма новаторскими для своего времени, не слишком способствовали признанию за женщинами права распоряжаться собственной сексуальностью2. «Открытие» женской способности испытывать оргазм привело к его чрезвычайной медикализации, ломавшей все мыслимые психологические и телесные границы.

Последователи психоанализа предпринимали попытки лечить «истерию», под которой подчас понималось любое «неподобающее для леди» проявление эмоций, с помощью массажа гениталий пациенток вибраторами или просто руками. Женский оргазм было предложено делить на «адаптивный», получаемый с помощью стимуляции вагины в процессе полового акта, и «дезадаптивный» – наступавший в результате стимуляции клитора; от последнего, разумеется, предполагалось отучаться доступными в тот момент способами.

При этом мнение самих женщин, как это ни парадоксально, попросту не принималось в расчет. Научное сообщество начала ХХ века состояло практически из одних мужчин, а материал для исследования составляли в основном случаи из общения психоаналитиков с клиентками, обратившимися за решением тех или иных проблем. Это накладывало двойной отпечаток на развитие теории сексуальности.

  • Во-первых, практикующие врачи (в то время психология еще считалась одним из разделов медицины) относились к пациенткам в лучшем случае со снисхождением, а в худшем – с откровенным пренебрежением и не считали их способными дать адекватную оценку собственных переживаний.
  • Во-вторых, при построении теорий по-настоящему учитывался только мужской опыт, через призму которого рассматривались и женские особенности. Так, например, родилась знаменитая концепция «зависти к пенису» – представление о том, что женщины, не обладая главным символом власти – фаллосом, стремятся компенсировать его отсутствие через рождение ребенка (в «правильном» варианте развития) или через формирование «мужских» качеств (в варианте невротического развития)3.

Сексуальная революция

Середина прошлого столетия ознаменовалась важнейшим культурным явлением, получившим название «сексуальная революция». В это понятие включается сразу несколько аспектов:

  • изменение норм морали, согласно которым тема сексуальности перестала считаться постыдной;
  • выход представлений о «нормальной сексуальности» за рамки исключительно супружеских отношений;
  • признание добрачного секса нормативным не только для мужчин, но и для женщин;
  • снятие табуированности с темы гомосексуальных отношений;
  • распространение форм сексуальных практик, считавшихся «нетрадиционными»: группового секса, промискуитета, «открытого брака» и т. д.

Такой прорыв стал возможен прежде всего благодаря изобретению и появлению на рынке оральных контрацептивов. В 1953 году активистки борьбы за права женщин Кэтрин Маккормик и Маргарет Сэнгер объявили о грантовом финансировании исследований, которые позволили бы женщинам самостоятельно контролировать собственную фертильность. Спустя несколько лет работа принесла долгожданные плоды: ученым Грегори Пинкусу, Джону Року и Карлу Джерасси удалось разработать пилюли, подавляющие овуляцию4.

Доступ к контрацептивным препаратам повлек за собой настоящий социальный взрыв – отныне секс для женщин перестал связываться с почти неизбежной расплатой в виде беременности и последующих за этим родов или абортов. Фактически женщины получили возможность распоряжаться собственным телом почти наравне с мужчинами.

«Выход из тени» женской сексуальности, однако, не означал решения всех проблем, связанных с неравноценностью мужского и женского удовольствия. Гендерные стереотипы, предписывающие женщинам в качестве добродетелей такие качества, как скромность, покладистость, терпеливость и т. д., неизбежно отражаются и на партнерских взаимоотношениях.

Девушкам с юности внушают, будто секс – чрезвычайно важная мужская потребность: «Он же мужик, ему ведь сама понимаешь, что нужно!» Эта установка парадоксальным образом сочетается со стереотипом о том, что сами девушки должны как можно дольше хранить невинность или, по крайней мере, не иметь чрезмерно большого сексуального опыта.

Совокупность этих противоречивых требований приводит к тому, что женщины, с одной стороны, воспринимают секс как неизбежную «обязанность» в романтических отношениях, а с другой – не имеют возможности понять, а тем более высказать открыто собственные желания или ограничения в сексе. Это находит отражение и в научной картине мира: по данным, собранным Лили Луфбароу5, клинических исследований мужской сексуальной дисфункции проводится впятеро больше, чем исследований женских сексуальных проблем: диспареунии, вагинизма и других!

Таким образом, в социокультурном пространстве сформировалось отношение к сексу как к инструменту для удовлетворения прежде всего мужских желаний. Женщины продолжают терпеть дискомфорт и даже боль, часто не решаясь признаться партнеру, что что-то идет не так, в то время как мужчины мнят себя отличными любовниками6.

 


Ссылки:

  1. Barker-Benfield G. J. The horrors of the half-known life: Male attitudes toward women and sexuality in 19th century America. N.Y. : Routledge, 2004. URL: books.google.ru/books?hl=ru&lr=&id=S8U4BQAAQBAJ&oi=fnd&pg=PT8&ots=F0ePNC7Rk4&sig=h6ImSDqlJ5lMnVBqkdSj90HllLA&redir_esc=y#v=onepage&q&f=false
  2. Deutsch H. The Psychoanalysis of Sexual Functions of Women. N.Y. : Routledge, 2018. URL: books.google.ru/books?hl=ru&lr=&id=GrJ5DwAAQBAJ&oi=fnd&pg=PT7&ots=2ctBMFeCXV&sig=pU0f51KCDkWPadfpO2QVBnJyaCI&redir_esc=y#v=onepage&q&f=false
  3. Thompson C. “Penis envy” in women // Psychiatry. 1943. V. 6. № 2. P. 123–125. URL: www.tandfonline.com/doi/abs/10.1080/00332747.1943.11022443
  4. Дорофеев В. Ю. Великие лекарства. В борьбе за жизнь. М. : Альпина Паблишер, 2015. URL: books.google.ru/books?id=QcOdBwAAQBAJ&dq=%D0%BA%D1%8D%D1%82%D1%80%D0%B8%D0%BD+%D0%BC%D0%B0%D0%BA%D0%BA%D0%BE%D1%80%D0%BC%D0%B8%D0%BA+%D0%BF%D0%B8%D0%BD%D0%BA%D1%83%D1%81+%D0%BA%D0%BE%D0%BA
  5. Loofbourow L. The female price of male pleasure // The Week. 25.01.2018. URL: theweek.com/articles/749978/female-price-male-pleasure
  6. McClelland S. I. Intimate justice: Sexual satisfaction in young adults. N.Y. : City University of New York, 2009. URL: search.proquest.com/openview/4416df9ac9875abf7fc36f142f3afde4/1
Загрузка ...