ya-metrika

Зацеперы: поезд к своему Я

У этого явления множество имен: фрейтхоп, трейнсерфинг, трейнхоп или простецкий российский аналог с налетом англицизма – зацепинг. Смысл его прост: люди цепляются за поезда и путешествуют снаружи составов (на крышах, тормозных площадках, между вагонами). Чаще всего этим людям лет от 15 до 23 лет. Что цепляет «зацеперов» в этом занятии? Зачем им этот риск? И каковы психологические предпосылки развития этого явления в обществе?

В начале XX века трейнсерфинг был вынужденным способом перемещаться для тех, кто не мог оплатить билет (наиболее популярным в США и на Востоке). Но сейчас это скорее вызов подростков обществу и себе. При этом феномен трейнсерфинга раскрывается в сообщениях СМИ довольно однобоко и грозно: это опасно, незаконно и еще раз опасно. Какой же родитель при таком подходе не навесит сразу ярлык на зацепинг и не посадит ребенка под домашний арест?

Между тем психологи отмечают, что явление это далеко не так плоско и примитивно. И его имело бы смысл анализировать не только c позиции опасности/безопасности и приемлемости в обществе, а еще и с позиции психологических проявлений самих зацеперов и отношений между подростками и их родителями.

Приглашение к диалогу

«Я абсолютно убеждена, что это явление не однозначно, – говорит Софья Цеге. – И его можно рассматривать как внутри психологии подростка, так и “снаружи”, ведь во многом это реакция формирующегося индивидуального сознания на то, что творится в обществе здесь и сейчас. Отсылки к телесности, физической ловкости и мощи – это стремление показать свою боевую готовность, мобильность в ситуации опасности, которую подростки, судя по всему, и ощущают во внешнем мире».

Таким образом, сам факт того, что дети увлеклись зацепингом, – это практически приглашение родителей к диалогу. О том, что волнует подростка. О том, что нового он открывает в себе. Но повышенная тревожность старшего поколения не позволяет им принять это приглашение. Что, в свою очередь, вскрывает еще одну проблему. «Это проблема культурного характера, – продолжает Софья Цеге. – Сегодняшний подросток вынужден сам лавировать в потоках информации и эмоциональных волнах».

Разговор на языке подростка

Психолог Наталья Федунина подошла к явлению зацепинга с научной точки зрения. Проанализировав 40 репортажей и статей в СМИ и 50 самоописаний зацеперов (15–23 лет), она отметила, что в среде зацеперов «преобладают феномены уровня телесной личности и персонажа: описания физической активности, регуляторы действий, влияния, социальных чувств, социальной иерархии и оценки, памяти-фабуляции, конфронтации группы и индивида и др.»

Исследователь, кандидат психологических наук, отмечает, что зацепинг для подростков – возбуждающая активность, которая связана с преодолением страха, ощущением полноты своей телесности, а потому сопровождается переживанием подъема, радости, удовольствия, свободы. Более того, она формирует социальную личность ребенка (индивидуальность, маскулинность/женственность, компетентность и др.) и связана с процессом изменения социального статуса в глазах референтной группы (неслучайно ребята думают, что трейнсерфингом стоит заниматься, если хочешь понравиться девушке, например). Однако ценой за риск, возможность самоутверждения и удовольствия часто становится жизнь подростка.

Иными словами, мы видим, что это психологически значимое, но совершенно не изученное явление. И если вы столкнулись с увлечением ребенка зацепингом, стоит глубже изучить эту тему и говорить с подростком на его языке.

Подробнее об этом:

Федунина Н. Ю. Представление о смысле зацепинга через призму концепции личности Пьера Жане // Психологические исследования. 2015. 8 (44).

Загрузка ...